ModernWeb
Предложить новость
10000 максимум символов
Пенсионерка Татьяна Глебова живет на полторы тысячи рублей в месяц. "Рецептом" своего выживания она может поделиться с представителями многочисленных общественных организаций, "представляющих" ее интересы. 
C жительницей Сухума Татьяной Глебовой я познакомился как раз в день открытия в Москве пятого Всемирного конгресса соотечественников, проживающих за рубежом. В своей приветственной речи Владимир Путин, в частности, еще раз подчеркнул необходимость внимательного отношения к судьбе каждого. Президент России говорил о том, что поддержка россиян, живущих в других странах, остается для России приоритетом, и что люди, по разным причинам оказавшиеся вне России, должны быть твердо уверены, что их интересы всегда будут защищены. 
Заявление российского лидера широко транслировалось по телевидению. В этот момент Татьяна лежала во второй городской больнице столицы. Ей было не до зрелищ: она нуждалась в хлебе, еде и лекарствах. За пару месяцев до этого председатель Координационного Совета русских общин российских соотечественников республики Игорь Лищенко на встрече с президентом Абхазии Раулем Хаджимба заявил о том, что "высказывания о том, что у русских людей, живущих в Абхазии, есть какие-то проблемы – недопустимы."  
На наш взгляд, недопустимо делать вид, что всё хорошо, когда это не совсем так. Примером тому судьба русской женщины, которая живёт, точнее, пытается выжить, на полторы тысячи рублей в месяц. 
 
В Абхазии есть немало людей, существующих на мизерные суммы, причем независимо от национальности. Но, как показывает практика, чаще это одинокие русские или русскоязычные люди. Они не сумели сориентироваться в бурном потоке времени. Они как-бы выпали из времени. 
О Татьяне Глебовой, живущей на полторы тысячи рублей в месяц, я услышал от её соседа. Минимум раз в неделю он старается помогать ей продуктами. Приносит что может - картошку, морковь, капусту, мясо, какие-то фрукты. Иногда подкидывает немного денег. Мы встречаемся с ним около Парка Славы и направляемся в больницу, где пенсионерка находится на лечении. 
 
Поднимаемся на второй этаж. Повсюду запах лекарств. По пустому коридору из одной палаты в другую проходит медсестра. Здесь тихо. Из палат слышны негромкие разговоры. В левом углу коридора с большой иконы виден лик Иисуса Христа. Здесь по определённым дням бывают абхазские православные священники, поддерживают дух больных. Стоит старый покосившийся холодильник, напротив неудобно расположился кофейный автомат, всюду больничный запах . 
В палате, рассчитанной на четырех, на кровати у окна сидит Татьяна. Она одиноко смотрит в окно. Увидев нас, женщина расплывается в улыбке и начинает рассказывать, как прошёл ещё один ее день. В больнице она находится четверо суток. На тумбочке лежат полбулки ржаного хлеба, салфетки и пакет с лекарствами. На сегодня все процедуры проделаны. Завтра прокапают капельницу и отпустят домой. Пять дней для лечения маловато, но делать здесь нечего. Всё равно, что дома сидеть. Ей шестьдесят четыре. В Абхазию она приехала в 1972 году из Таганрога. Влюбилась в местного. Вышла за него замуж, а через несколько лет развелась.
 
Татьяна работала секретарём в МВД, в исполкоме горсовета. Была аккуратна, исполнительна. Везде её знали и уважали. Некоторые начальники старались переманить её работать к себе. Жизнь кипела. Затем была война, выживала как все, через несколько лет пенсия. После выхода на "заслуженный отдых" Татьяна продолжала работать продавцом в магазине, иногда присматривала в семьях за детьми. Потом начались проблемы со здоровьем – давление подскакивало в день несколько раз, и она не смогла больше трудиться. Вот тогда и начались настоящие проблемы. На абхазскую пенсию в пятьсот рублей и крохотные выплаты – в общем, на полторы тысячи рублей в месяц - не прожить. А российское гражданство ей получить своевременно не удалось. 
- Когда выдавали российские паспорта, я собрала практически все документы, но одну справку мне выдавали очень долго, - вспоминает она. - И вот, когда я её получила и понесла сдавать, оказалось, что выдача паспортов прекратилась. Я не успела буквально на несколько дней. Осталась с носом. Пошла в посольство. Посол Семён Григорьев в те дни был в отъезде, и меня принял его заместитель Андрей Николаевич, фамилию не помню. Я изложила ему свою историю, но он мне сказал, что нужно дождаться Григорьева. Когда тот приехал, я ему дозвонилась и рассказала о своей беде. Но посол мне ответил, что это не в его компетенции, мол, этим занимается абхазская власть. Вот к ним и нужно обращаться. 
- А в русские общины обращались?
- Я про них вообще не слышала. Такие здесь есть? 
- Есть и очень много.
- Я обошла всё, что можно. Все инстанции, все пороги обила. В своё время мне давали разовые пособия, как-то помогали. Сергей Багапш вообще золото был. Пять тысяч в месяц выходило. Мне хватало. Сейчас всё убрали. К Хаджимба меня не пускают. Его секретари сказали, что никакие заявления они не принимают. Говорят: "Ты, Таня, сядь, выпей кофе и иди домой, не нервничай. (Татьяна ненадолго замолкает, смотрит в окно, вздыхает). Никуда не пойдёшь. Некуда. Раз уж к президенту не пускают. Куда теперь? Родственников в России практически нет, а которые есть, общаться не хотят. Я понимаю, что нынешний президент хорошо относится к России и не обязан лично помогать таким, как я. Это не его функция. Но чья тогда?"
Она руками потирает предплечья.
- Вам холодно? - спрашиваю я.
- Нет, здесь тепло. Вон сколько одежды, одеяло, - говорит она, продолжая потирать уже ноги. 
Лицо у нее подергивается. Она нервничает. Каждый день как туман. Татьяна признаётся, что живёт в страхе, отчаянии и полном страхе перед завтрашним днем. При этом видно, что человек изо всех сил пытается не терять присутствие духа.
- Сосед, который мне помогает, просто ангел. Ему при жизни памятник надо ставить. Таких людей мало, - говорит она в адрес своего друга слова благодарности. – У него семья, жена, дети, внуки. Свои проблемы. А он мне помогает. Поесть всё время приносит. Лекарства купил. Попугая мне подарил, чтобы не скучно было. Сейчас, пока я в больнице, он за ним тоже присматривает. Золотой человек. 
В больнице пациентов не кормят. Поесть Татьяне приносит тот же сосед. Иногда подруга. Недавно выписали двух девушек, лежавших с ней в палате и часто угощавших её домашней едой - пирогами, хачапуром. Когда я спрашиваю про минимальный список продуктов, которые она покупает, Татьяна начинает смеяться. 
- Вы, что, какой список? За квартиру – 316 рублей заплати. 200 рублей за свет. Остаётся тысяча рублей. А как на неё можно прожить? Вот перебиваюсь, чем получится. Борщики, супчики варю. Я не хочу жаловаться, просто такой период настал, когда есть болячки и нет денег, - говорит она, пытаясь улыбаться. - Но как выйти из этой ситуации, не знаю.     
Наше время общения заканчивается, и мы с её соседом по дому покидаем больницу. Выйдя оттуда, я ещё несколько минут чувствую запах лекарств. Он рассеялся после того, как мы прошли пару кварталов. Вечерело. Город зажигал свои фонари. Люди возвращались с работы домой. Сосед перед тем, как отправиться по своим делам, по пути зашёл в квартиру Татьяны, чтобы покормить попугайчика, дожидавшегося свою хозяйку.
P.S.  Таких, как Татьяна Глебова – бедолаг, формально неграждан, не сумевших сориентироваться в стремительных переменах, в Абхазии еще немало. Жаль только, что люди, представляющие интересы России в Абхазии, работают так плохо и вместо конкретной адресной поддержки декларируют банальные прописные истины, тем самым подводя президента России, доверившего им эту миссию.
А в русские общины обращались А такие здесь есть2
Текст: Дмитрий Статейнов
Оцените материал
(4 голосов)
Прочитано 1030 раз Последнее изменение авг 22, 2016

Немного о нас

Информационный ресурс «Apsny LIFE»
Основные направления: туризм, социальная сфера, отдых, развитие инфраструктуры, иностранный бизнес, инвестиционные проекты, российско-абхазские отношения, городская жизнь, экспертные мнения, площадка для разного рода мнений и дискуссий.
© Газета «АПСНЫ ЛАЙФ» зарегистрирована в Министерстве Юстиции Республики Абхазия 08 августа 2016 года. Регистрационный № 95. Приказ № 12 – ОБ.

Последние комментарии

Top